Отряд №28. Иван Ярош - Евгений Иоников

Таблица 1. Сведения о составе группы Яроша23.

Создание партизанских групп силами партийных органов (пусть даже и республиканского уровня) было сопряжено с большим количеством трудностей, основными из которых являлись поспешность формирования и отсутствие материальных ресурсов для их обеспечения. Подтверждение этому мы находим в справках, составленных в эти дни на спецгруппы в ЦК КП (б) Б. В большинстве своем они составлены небрежно, неконкретно, лишь бы как, что вызывает некоторое удивление. В частности, группе Яроша (в отличие от некоторых других групп) не было дано связи с местным активом на той территории, где ей предстояло действовать, по крайней мере в справке на его группу об этом ничего не говорится. Перед ними не ставилось никакой конкретной цели – только сформулированные общими словами задачи: прекращение железнодорожных перевозок противника путем подрыва железнодорожных составов, уничтожение посевов на корню и прекращения ночных автоперевозок по шоссейным дорогам. Взрывчатки, впрочем, группа Яроша не получила, ЦК рекомендовал ей проводить диверсии путем установки на дорогах металлических ежей и досок с гвоздями24. Более того, группа фактически не получила даже стрелкового оружия. Согласно рассказу Акулича, им выдали 7 или 8 наганов без запасных патронов, несколько бутылок с горючей смесью и ножницы для разрезания стальной проволоки. Продуктами питания их также не обеспечили, так как таковых не было – раздали группам с более ранними порядковыми номерами. Те, кто их «экипировал», посоветовали вооружаться за счет немецкого трофейного оружия и питаться с помощью населения оккупированных территорий25.

На сборы им отвели сутки; 7 июля во второй половине дня, ближе к вечеру, группа была готова. Утром 8 июля ее автомобилем доставили в Оршу. Там в это время находился запасной советский аэродром, группу Яроша, вероятно, планировали доставить к месту назначения самолетом, но что-то у кого-то не получилось и на следующий день, 9 июля, на все той же полуторке их переправили восточнее Орши. Не доезжая до станции Смольяны, группу высадили. Никакой линии фронта тогда не существовало, таковой условно считали местность, которая разделяла оккупированные немцами территории от еще не занятых. Сопровождавший их капитан указал рукой в ту сторону, где группа должна были перейти вглубь контролируемой немцами территории, сел в машину и уехал назад к Орше.

Официально их группа направлялась в Крупский район (у Яроша даже был соответствующий мандат). Но дорогой они приняли решение вернуться в «свой», Борисовский район, который они знали лучше, и где им было легче наладить связи с населением.

Они шли вдоль магистрали Орша – Минск. Шли по лесам, без карты, без питания и почти без оружия. Петляя и постоянно сбиваясь с маршрута, расстояние в 150 километров они преодолели примерно за 9—10 дней. В район деревни Пупеличи (сейчас – Кринички, недалеко от Зачистья) прибыли примерно 18—19 июля. Несколько первых ночей провели в стогах только что скошенного сена в пойме реки Сха. Чуть позже в лесу, километрах в двух-трех от Пупеличей, построили легкие шалаши, основав таким образом временный лагерь26.

Место дислокации, выбранное Ярошем для своей группы, можно считать вполне удачным с точки зрения его близости к коммуникациям противника (между крупнейшими железнодорожной и автомобильной магистралями Москва – Минск с юга и лежащем под углом к ним большаком Борисов – Лепель). Для обеспечения безопасности группы, однако, оно оставляло желать лучшего, так как уже к осени 1941 года в крупных населенных пунктах вдоль этих дорог для их охраны были выставлены немецкие гарнизоны.

В силу указанных выше причин, на первых порах партизаны Яроша не могли проводить диверсий на железнодорожных и автомобильных магистралях, в чем, собственно, и состоял смысл их задания. В июле и, в некоторой степени, в августе 1941 года их действия носили скорее характер мелкого вредительства, чем полноценного сопротивления врагу. Как сообщает исследовавший тему в своей диссертации Семен Грабовский, партизаны разбрасывали на дорогах металлические шипы и доски с гвоздями, устраивали лесные завалы и рыли ямы на дорогах27 – в соответствии с полученными рекомендациями ЦК. Первые операции отряда носили случайный характер и, главным образом, ограничивались сведением счетов с местным населением – с той его частью, которая, по мнению партизан, с первого дня оккупации Борисовского района перешла на службу оккупантам. Так, к 26 июля в окрестных деревнях ими были разоблачены «три немецких агента» из числа таких «коллаборантов» – довоенный секретарь Зачистского сельсовета, бригадир соседнего колхоза имени Сталина и некий житель деревни Козлы. Все трое были публично расстреляны, что вызвало одобрение среди населения. День спустя отряд обстрелял вражескую разведку, невесть как на двух мотоциклах въехавшую практически в расположение лагеря. В результате были убиты шестеро немцев, включая двух офицеров и захвачены два мотоцикла и два пулемета в качестве трофеев. Во избежание последствий (ответных карательных мер оккупационных властей) они в тот же день покинули свой лагерь у Пупеличей и перебрались в лесной массив «Зеленая роща» на границе Борисовского и Холопеничского районов (между деревнями Козлы и Клен)28, все еще недалеко от Зачистья.

Сутки спустя на них случайно вышла группа окруженцев (37 человек) во главе с майором Бурцевым и младшим лейтенантом Медведевым. Ярош, обладая полномочиями ЦК КП (б) Б на организацию партизанского движения, с согласия Бурцева, включил его людей в состав своей группы, что, по сути, и заложило основание для создания партизанского отряда29. Чуть позже к ним присоединилась разведгруппа Западного фронта, которую привел в эту местность уроженец Борисова Давид Гофштейн. Его группа была создана в начале июля, 11 числа она вышла в немецкий тыл и к моменту подчинения Ярошу насчитывала несколько десятков человек и включала в себя, судя по послевоенным воспоминаниям Гофштейна, не только военных, но и «подобранных» в ходе рейда гражданских лиц30.

29 июля 1941 года Ярош провел партийное собрание, на котором был избран Борисовский подпольный (нелегальный) райком партии. Как и следовало ожидать, в его состав вошли Ярош И. А. (секретарь райкома), Акулич К. И. и Ходаркевич А. Г. (члены райкома). В тот же день на этом же собрании было организационно оформлено и создание партизанского отряда – выбрано его командование. Командиром отряда был избран Иван Ярош, его заместителем – Константин Акулич. Комиссаром отряда стал бывший прокурор Борисовского района Антон Герасимович Ходаркевич31. Непосредственное руководство боевыми действиями отряда было возложено на военных: майора Бурцева назначили заместителем командира отряда по строевой, а младшего лейтенанта Медведева – командиром роты32.

Для контроля над соседним Холопеничским районом Ярош сформировал группу И. Т. Ламинского (подпольная кличка Сиротка, впоследствии он займет должность первого секретаря Холопеничского РК КП (б) Б). В лесу за 4 километра от Барани (урочище Черный ручей) была создана тайная база группы Ламинского, это позволяло устанавливать контакты с потенциальными сторонниками, главным образом с просоветски настроенной молодежью из окрестных деревень33. В частности, в воспоминаниях бывшей связной Яроша Татьяны Лаппо содержится рассказ о ее вербовке партизанами, состоявшейся при одном из первых их посещении хутора Романовщина: «Однажды на хуторе появилась группа людей (восемь человек), среди которых было две женщины. Они зашли к председателю колхоза «Романовщина» … Потом я узнала, что полный, среднего роста мужчина в сером пальто был секретарь Борисовского райкома партии Иван Афанасьевич Ярош. Он поговорил со мною, но ничего особенного не сказал, только внимательно присматривался. А когда познакомились поближе, предложил мне понаблюдать за окрестностями и разведать… сколько фашистов в Баранском гарнизоне, кто пошел служить немцам. Он довольно часто приходил к нам на хутор, потому что Адольф Францевич [Мартинкевич – председатель колхоза] обеспечивал ярошевцев продуктами питания и одеждой34.

Итак, невзирая на весьма существенные препятствия, отряд состоялся. К первым числам августа в нем насчитывалось до 75 человек. Помимо имевшегося у «окруженцев» оружия, много винтовок было найдено в окрестных лесах. К этому времени у них насчитывалось 9 ручных пулеметов,